Воспитание 14+
Что помогает молодому человеку стать взрослым в полном смысле этого слова?
И при чем здесь молодёжная политика?

В последнее время в учреждениях среднего и высшего профессионального образования все больше внимания уделяется вопросам организации воспитательной работы. Не обходит стороной эта тема и сферу молодёжной политики. Воспитание молодёжи от 14 и старше становится общей важной задачей.

Но, прежде чем обсуждать программы воспитательной работы и проектировать системы ее реализации, стоит сделать паузу, вернуться к началу и ответить на вопрос: а что же такое воспитание и что мы собираемся воспитывать в людях 14, 17, 20 лет?

Если говорить о воспитании детей, то тут все просто – про это написано много статей, книг и учебников. Да и, пожалуй, каждый взрослый интуитивно понимает, почему детей важно воспитывать и какие нормы они должны усвоить в этом процессе. Но про молодёжь все становится не так однозначно. По идее к 14 годам человек уже усвоил основные принятые правила поведения в обществе, в том числе базовые морально-этические нормы и санкции за их невыполнение (то, какие именно это будут правила и нормы во многом зависит и от культуры семьи, и от культуры школьного пространства). Понятно, что есть «запущенные» случаи и сильные отклонения – но таких мы скорее называем «трудными» подростками, молодыми людьми в трудной жизненной ситуации или социально опасном положении. Для них существуют отдельные системы и программы работы.

В среднем же люди от 14 и старше уже во многом воспитаны – в том смысле, что они достаточно адаптировались к внешним социальным условиям, могут считывать внешние общественные нормы и в большинстве случаев понимают, как себя вести в тех или иных ситуациях. У них уже точно сформировались свои представления о правильном и неправильном, справедливом и несправедливом, добре и зле – то есть, как правило, у них уже есть свой набор базовых ценностей. И если нам, взрослым, он не нравится, то это, по большей части, уже наша проблема. Это не значит, что такой набор ценностей и норм останется у этих молодых людей законсервированным и неизменным до конца их жизни – конечно нет, он еще успеет поменяться и не раз, и не два. Но попытки «привить» эти ценности и нормы сверху, директивным путем, объясняя, что такое «хорошо», а что такое «плохо» уже не будут эффективными. Во-первых, взрослые для молодых людей становятся менее «референтными», чем сверстники, а во-вторых, для старшего подросткового возраста ключевым становится реализация авторского действия и своей авторской позиции и построение через это собственной идентичности. В такой ситуации попытки навязывания норм и ценностей сверху скорее встретят вполне обоснованный протест.

Так что же и как мы можем воспитывать в почти уже взрослых и вполне осознанных людях? И что же вообще такое воспитание в этом возрасте?
Наша гипотеза состоит в том, что воспитание молодёжи – это развитие и становление их субъектности.

Что же такое субъектность?

Если кратко, то это - способность человека быть субъектом (актором, агентом) своего действия, то есть быть способным самостоятельно ставить цели и самостоятельно же их достигать, нести ответственность за последствия их достижения (или не достижения), быть автономным и независимым.
А.В. Брушлинский выделял следующие отличительные особенности личности как субъекта:

Способность к саморегуляции. Субъект способен регулировать и управлять своей психической активностью в различных жизненных обстоятельствах и ситуациях.

Жизненная стратегии. В том числе определенное продуктивное отношение к жизни, труду, деятельности и наличие активной жизненной позиции.

Способность к разрешению противоречий в процессе реализации целей. То есть способность сопоставлять свои личные притязания, свои возможности и объективные внешние обстоятельства и находить оптимальные пути достижения желаемого.

Ответственность. Добровольное взятие на себя гарантий: по уровню качества деятельности, гарантий ее результата, готовность отвечать за любые последствия – все это является максимальным проявлением субъектности.

Самоидентификация. Отождествление себя с определёнными социальными группами, субъектом той или иной деятельности, сформированный образ себя и идентичность – это важнейшие свойства личности как субъекта.

Таким образом мы можем сделать вывод, что развитие субъектности – это вообще неотъемлемая и необходимая часть взросления. И если у человека по каким-то причинам этой субъектности не случилось, то с психологической точки зрения мы просто не можем назвать его взрослым (даже если ему далеко за 35 лет).
Получается, что развитие субъектности – это не просто задача воспитательной работы, но и, возможно, главная задача всей молодёжной политики – помочь молодым людям стать взрослыми в полном смысле этого слова
Теперь стоит попытаться ответить на вопрос, через что именно и как мы можем способствовать появлению субъектности у молодых людей.

Для начала мы попытались выделить конкретные типы субъектности, которые мы можем развивать через воспитательную работу. Получилось четыре фокуса:

1. Личная субъектность. Этот тип субъектности задается отношением человека с самим собой и фиксируется в следующих результатах: формирование устойчивого и позитивного отношения к себе, устойчивого образа себя (и реального, и идеального); способность понимать себя, свои эмоции, переживания, мысли; саморегуляция и управление собой, развитые волевые качества; самостоятельность и взятие ответственность за себя и свою жизнь. И несмотря на то, что перечисленные выше вещи могут показаться «сами собой разумеющимися», именно такого типа субъектности остро не хватает одиннадцатиклассникам, абитуриентам и первокурсникам, потому что они находятся в ситуации перехода и смены привычного уклада жизни, а для того, чтобы такой переход успешно преодолеть и адаптироваться – нужны здоровые и крепкие отношения с самим собой, нужны внутренние опоры и ориентиры.

2. Профессиональная субъектность. Этот тип субъектности задается отношением человека к профессиональной деятельности или практике и фиксируется в следующих результатах: профессиональное самоопределение, опыт и рефлексия профессиональных проб; формирование устойчивого и позитивного отношения к профессии, принятие профессиональной культуры и этики; вхождение в профессиональное сообщество, профессиональную деятельность и накопление «профессионального капитала». В идеале, такой тип субъектности у молодого человека должен начать складываться в старших классах и сформироваться в процессе получения профессионального образования. Можно даже назвать его одним из ключевых образовательных результатов.

3. Социальная субъектность. Этот тип субъектности задается отношением человека с окружающими его социальными группами и сообществами и фиксируется в следующих результатах: социальная идентичность и включенность в локальную социальную жизнь, в том числе в локальные социальные практики; неравнодушие и продуктивное отношение к социальным проблемам; накопление социального капитала, формирование круга друзей и знакомых. Этот тип субъектности связывает человека и его окружение, делает его не атомизированной единицей, а членом общества, дает дополнительные опоры в жизни и устойчивость, помогает выстраивать жизненные стратегии в том числе и за пределами профессиональной деятельности.

4. Гражданская субъектность. Этот тип субъектности задается отношением человека к государству, государственной политики, его правовому строю и механизмам. Выражается он в следующих результатах: понимание государственной политики и механизмов ее реализации; «интеграция в государство» - то есть способность реализовывать свои гражданские права и осознанно выполнять свои обязанности гражданина; гражданская идентичность – то есть формирование позитивного отношения к государству и патриотизма.

За счет чего можно формировать эти 4 типа субъектности у молодых людей?

Личная и профессиональная субъектность может быть сформирована в процессе проектной деятельности, если относится к проектам как к «полигонам скиллов». То есть проект должен инициироваться не столько от «внешних» потребностей, сколько от «внутренних» потребностей самой молодёжи (а уже потом под эту «внутреннюю» потребность должен быть найден адекватный «внешний» вызов). И такой проект должен в первую очередь служить пространством пробы и развития необходимых навыков и компетенций. Понятно, что у таких проектов должен быть немного разный фокус: для развития личной субъектности больше подходят разного рода творческие проекты или проекты, связанные с хобби и увлечениями молодых людей; а для развития профессиональной субъектности должны быть проекты, связанные с профессиональными типами задач. Но на самом деле в одном проекте может совмещаться и первое, и второе. Главное, чтобы через такую проектную деятельность молодой человек мог «опробовать» себя, понять про себя и свои предпочтения что-то новое на практике, тренировать нужные себе способности.

Важным инструментом в процессе формирования таких типов субъектности может стать компетентностный профиль – как формализованное преставление идеального образа себя или образа профессионала. Назначение такого профиля – задавать норму (или личную, или профессиональную) и давать возможность оценивать себя и свой прогресс относительно этой нормы.

Возможные форматы работы, обеспечивающие становление таких типов субъектности – тьюторство, менторство, профессиональное наставничество, психологическое консультирование и коучинг, тренинги неформального образования, компетентностные испытания и тесты. Для профессиональной субъектности также важны такие форматы как профессиональные игры, кейсы, имитации и стажировки; предпринимательские и профессиональные конкурсы; форматы, дающие возможность заработать первые деньги на профессиональной деятельности. Последний пункт может быть неочевиден, но он имеет большое значение – именно возможность получить оплату за свой труд переводит человека из ситуации обучения и пробы в ситуацию полноценной профессиональной ответственности и значимости результатов своего дела (если за это платят – значит это кому-то действительно нужно).

Для формирование социальной и гражданской субъектности проектной деятельности как реализации серии одиночных проектов становится недостаточно. Для этого нужна деятельность не проектная, а программная (то есть задающая пространство для появления множества проектов в масштабе и во времени). Так как в основе и социального, и гражданского поведения лежат механизмы со-управления, то именно такие механизмы и должны создаваться и предъявляться для развития этих типов субъектности. А это значит, что молодой человек должен попадать в такое место, где ему эти механизму покажут, продемонстрируют, как они работают и объяснят, как он сам может ими пользоваться и как сам может стать актором каких-то управленческих действий и решений. Для этого должна быть выстроена, во-первых, экосистема проектов, процессов и инфраструктур, а во-вторых, в таких местах должны быть предъявлена некоторая миссия и стратегия. Именно при этих условиях могут начать появляться локальные инициативы «снизу» и становится понятно, по какому поводу вообще можно становится в управленческую позицию.

К тому же, попадание молодого человека в пространства со-управления критически важно с точки зрения развития ответственности и умении договариваться и сопоставлять свои интересы и интересы других людей и социальных групп.

Хорошим примером таких мест, в которых есть программная деятельность, будут школьные и студенческие советы, а также профсоюзы. Студенческий совет представляет локальное сообщество студентов и реализует механизмы студенческого со-управления в пространстве учебного заведения. У студенческого совета есть (или как минимум должна быть) своя миссия, стратегия и задачи. Студенческий совет при этом – это не набор проектов, а экосистема для их появления, реализации и поддержки. У студенческого совета, в идеале, есть не мнимые, а вполне реальные ресурсы и власть для принятия решений и внесения изменений в студенческую среду и жизнь. В этом смысле студ.совет идеально демонстрирует базовые общественные механизмы жизни формализованного и признаваемого сообщества, отстаивающего свои интересы и реализующего свою волю. Профессиональные союзы имеют еще больше влияния и ресурсов и могут уже демонстрировать механизмы реального правового взаимодействия с государством и его структурами.
Но очень важно помнить, что любые институализированные формы – школьный парламент, студенческий совет и прочее – не могут и не должны появляться на пустом месте, иначе они станут (и, увы, часто становятся) лишь симуляцией и очередным формализмом. Любая институализация должна «вырастать» из уже сложившейся культуры, которая, в свою очередь, состоит из повседневных практик. Если в культуре образовательного учреждения нет практики диалога и совместного принятия решений, то любой орган превратится в декорацию и фарс. Если в культуре нет ценности уважения мнения учащихся и реальной готовности отдать им на откуп часть решений, то совет будет существовать для галочки, в лучшем случае исполняя роль театральной труппы.
По хорошему, перед тем как запускать деятельность совета, должно пройти несколько подготовительных лет, в течение которых как раз и нужно попробовать «вырастить» такие повседневные практики со-участия, со-управления и диалога: пусть это будет хотя бы просто в форме ситуативных собраний и совещаний, или кабинета, где школьники или студенты могут собираться и обсуждать свои дела, иногда сами, а иногда и вместе с педагогами, но в атмосфере уважения и равенства.

Если говорить о конкретных инструментах, помогающих реализовывать программную деятельность, развивать сообщества и делать их устойчивыми, то это будут формализованные процедуры, традиции, регулярные события и система статусов (иерархия). Они нужны, во-первых, для того, чтобы приходящему новому молодому человеку было понятно, как это всё устроено, чтобы для него правила и механизмы были прозрачными. Во-вторых, это нужно для поддержания целостности и преемственности сообщества, чтобы оно оставалось самим собой и сохраняло свои ресурсы и свою траекторию при смене конкретных участников. Система статусов и иерархия также важны с точки зрения возможности для построения траектории развития внутри сообщества – что я должен делать, как и как долго, чтобы повысить свой статус и вместе с ним получить и больше влияния. В некоторым смысле эти инструменты помогают имитировать общественную жизнь в правовом государстве в целом – есть нормы, закрепленные в конкретных процедурах, есть традиции, транслирующие культуру, есть события, задающие цикл жизни и ее ритм, есть иерархия и маршруты движения в ней.

Возможными форматами работы, которые можно использовать для формирования социальной субъектности, будут социальные проекты, добровольческая деятельность, участие в различных клубах по интересам и локальных сообществах, участие в деятельности общественных организаций, проекты разного рода социальных лифтов для молодёжи.

Для развития гражданской субъектности можно использовать такие форматы работы как гражданское волонтёрство, патриотические акции и проекты, механизмы самоуправления, системные проекты, создающие возможности для появления и поддержки локальных проектов «снизу».

Все вышеописанные типы деятельности, инструменты и форматы работы в той или иной мере уже существуют в образовательных организациях. Однако вопрос не только в существовании этих отдельных элементов, сколько в понимании того, что для воспитательной работы нужна комплексная среда и что задача воспитания – помочь молодым людям стать взрослыми. А для этого нужно проектировать пространства выбора, пробы, свободы и ответственности, погружая молодых людей в условия, демонстрирующие им механизмы взрослого реального мира, в который им предстоит выйти после окончания учебы и в котором они должны быть способными найти себя, самореализовываться и двигаться самостоятельно.

Екатерина Вишневская, заместитель директора по методологии и инструментальной разработке.